— Мы убили отцов, обокрали их и оболгали, а вы — нет. В этом уникальность нашего поколения, — откровенничал Сергей Доренко за год до внезапной кончины.
Легенда российского телевидения, человек, которого называли «телекиллером» — каким он был? Почему обещал посадить Путина в железную клетку, но мечтал служить ему? Как и ради кого решился развестись после 30 лет брака? Почему презирал свою аудиторию?
Доренко: «С этой девахой дружил гормонально дней пять в Керчи»
Сергей родился в Керчи 18 октября 1959 года в семье военного лётчика (в будущем он дослужится до генерал‑майора). Мать работала библиотекарем. Интересно, что в предках у Доренко были румыны и болгары, а фамилия трансформировалась из «Дореску».
Доренко рано научился читать и писать, а второй класс пропустил — первоклассника сразу перевели в третий. Сергей считал, что в детстве был самым настоящим вундеркиндом — весьма способным мальчишкой, правда, со сложным характером.
«Пай‑мальчиком я не был. Как раз из‑за бесконечных шалостей в первом классе меня перевели сразу в третий. Я очень быстро освоил программу и всю свою энергию тратил исключительно на безобразное поведение. До пятого класса я оставался круглым отличником. Потом стал учиться хуже. Переходный возраст! Я был страшным задирой и драчуном», — рассказывал Доренко.
Сергей не скрывал, что подростком часто влюблялся. Говорил об этом и в зрелые годы, словно подросток, грубовато: «Мама выдала мне фоточку. Мне тут 15. С этой девахой дружил гормонально дней пять в Керчи».
Семья из-за профессии отца часто переезжала, и школу (физико‑математическую) Сергей окончил в Волгограде. Легко поступил на историко‑филологический факультет Университета дружбы народов им. Патриса Лумумбы (ныне — Российский университет дружбы народов). Выпустился в 1982 году, имея специализации: «филолог, преподаватель русского языка как иностранного», «переводчик с испанского языка», «переводчик с португальского языка».
Учась в институте, Сергей работал с делегациями из Латинской Америки и Африки по линии ВЦСПС, а выпустившись, отправился в Анголу. В Анголе он работал с 1982 по 1984 год, причём работал переводчиком в Высшей партийной школе. Потом его призвали в Советскую армию. Служил Сергей в спецназе военным переводчиком, но всего полгода — возникли проблемы со здоровьем.
Березовский: «Там ты будешь жить как опарыш, а в России ты будешь героем»
И вот в 1985 году Доренко пришёл на телевидение — на центральный канал, в невероятно престижное место. И там он развернулся во всю мощь. Человеку выпал удивительный шанс, и он его не упустил. За 10 лет Сергей сделал головокружительную карьеру. С самого начала коллеги отмечали раскованность нового редактора, его новаторский стиль работы и умение носить хорошие костюмы. А главное — смелость.
В апреле 1990 года Доренко снял серию репортажей из Литвы. Как говорят обиженные литовцы, «страна подверглась советской экономической блокаде» — туда перестали поставлять бензин. Доренко разбушевался, вызывая сочувствие к маленькому смелому народу, и его демонстративно «попросили» с телевидения.
Времена были понятно какие, и если в советском прошлом журналист до конца дней трудился бы в крохотной газетёнке, Доренко и бровью не повёл.
В марте 1990‑го он вошёл в команду создателей «Вестей» Российского телевидения. В первых выпусках участвовал как обозреватель. И дальше — триумфальное шествие по программам и каналам. Можно отметить, что он возглавлял информационную службу ОРТ и вёл главную информационно‑политическую передачу страны — «Время».
Не обходилось и без скандалов. И увольняли, и отменяли программы: за репортаж из Грозного о положении российских военнопленных, репортаж о состоянии здоровья Ельцина и Черномырдина, за серию интервью с сотрудниками ФСБ о коммерческой и противоправной деятельности некоторых руководителей ведомства.
Удивительно, но Доренко долго оставался цел и невредим, как заговорённый. Резал правду‑матку, говорил весьма провокационные вещи, например про уничтожение Чечни. Преимущества он явно имел, но умел и пользоваться ими. Можно предположить, что он хорошо знал, как работало западное телевидение, позаимствовав приёмы оттуда.
Он изобрёл уникальную манеру речи:
«Сергей Леонидович говорил таким тоном, как будто ему хочется страшно орать, материться и бить хари, — говорил Константин Крылов, — да только воспитание тому препятствует. И неистовая злоба его как бы переплавляется в мощь и достигает скорбного закала: негодованием раскалённый слог. Вот эта интонация сдержанного горлового клекотания и неласковое выражение лица (типа: „Дал бы я вам всем по рылу монтировкой, но я слишком культурен для этого“) и сделали его сверхпопулярным».
В 1996‑м он присоединился к команде Бориса Березовского на ОРТ.
«Я пытался эмигрировать, — признавался Доренко. — Закончил миграционный процесс в 96‑м году в Канаду. И не поехал. Березовский мне сказал: „Серёжа, выкинь разрешение немедленно, порви и выбрось!“ И я выбросил. Вне России мы не можем существовать. „Что ты можешь добавить Канаде, а что — России? Россия настолько пуста и бесприютна, лишена инфраструктуры и институтов, горизонтальной коммуникации — лишена всего. Каждое твоё усилие здесь даст отдачу в тысячу раз больше, чем в Канаде. Там ты будешь жить как опарыш, — сказал Боря. — А в России ты будешь героем, останься в России»».
А Березовский был тогда всесилен.
«Березовский — хороший приятель, не очень хороший друг, потому что он продавал меня несколько раз, я его тоже — мы оба не очень хорошие друзья, — делился Доренко. — Но мы оба прикольные чуваки, и нам нравилось быть вместе — летать вместе на самолёте, отдыхать, ходить на лодке куда‑нибудь в Сен‑Тропе».
Эрнст: «Ты больше здесь не работаешь»
В те годы Доренко прославился тем, что отчаянно выступал против тогдашнего мэра Москвы Юрия Лужкова. В то время ходил анекдот:
«В Южной Африке крысы сожрали заживо детёныша слона. Казалось бы, при чём тут Лужков? А Лужков, как всегда, ни при чём!»
Конечно, где‑то Лужков был ни при чём, а где‑то очень даже при чём. Но стиль Доренко тогда проявился во всей красе: «Ненавижу, потому что он негодяй, а негодяй он, потому что все честные люди его ненавидят». Ну а вершиной всех выпадов Доренко стало обвинение в убийстве американского бизнесмена Пола Тейтума.
Американца застрелили, хотя он был в бронежилете, а бронежилет носил, так как опасался Джабраилова. Но Доренко рассказал, что Тейтум в последние секунды жизни прохрипел: «Это сделал Лужков…». Лужков пытался судиться с Доренко, но безрезультатно.
Интересно Доренко «сковырнул» Примакова. Для начала он попробовал обвинить Евгения в том, что тот хочет убить президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе. Вышло плохо — Шеварднадзе устроил в Грузии дом отдыха для чеченских боевиков, и россиян меньше всего волновало, что кто‑то желает ему не очень хорошей судьбы.
И тогда на свет появилась передача о том, что Примаков сделал операцию на тазобедренном суставе. В сущности, ничего особенного в этом нет, но факт был раздут до чудовищных размеров: Примаков в изложении Доренко стоял на краю могилы — куда ему было идти в президенты.
Говорят, что Доренко очень хотелось попасть в команду «молодого энергичного Путина», но ВВП он своими методами скорее отпугнул. И в 2000 году отвергнутый Доренко сделал предельно жёсткий репортаж про подводную лодку «Курск». Словно бы для того такой жёсткий, чтобы Путин наконец признал его и одобрил.
Но президент воспринял это как предательство. На следующий день Константин Эрнст вызвал Доренко и сказал: «Ты больше здесь не работаешь». Доренко отлучили от Большого Телевидения.
В том же году Доренко, обожавший мотоциклы, гонял по Крылатскому. Военный сделал ему замечание, и Сергей… сбил его! Капитан оказался начальником отдела главштаба ВМФ. Через пару дней Доренко объявил, что это не он сбил капитана, а тот его избил до потери пульса, причём это было спланировано московскими спецслужбами. Состоялся суд, Доренко дали условный срок — от настоящего срока спас Игорь Сечин.
У здания суда Доренко на камеру открыл и распил шампанское. Что там было в Крылатском на самом деле — неизвестно, камер не было. Забавно в этом происшествии то, что наехала коса на камень.
Некоторое время Доренко как‑то крутился без особого успеха, а потом из информационного полузабытья его вытащил Алексей Венедиктов*.
«Возрождённый из пепла „Эхом Москвы“, позже он с лёгкостью и не без цинизма совершил свой очередной разворот и принял предложение одной из кремлёвских „башен“ — возглавил радиостанцию РСН, — вспоминал один из его коллег по „Эху“. — Там его эховский „Разворот“ превратился в фирменный доренковский „Подъём“, и тысячи его слушателей припали к РСН, чтобы каждое утро вздрагивать от азартного рёва Доренко, который, казалось, будил всю свою любимую страну».
Венедиктов*: «Он абсолютно верил в Путина»
В 2008 году Доренко написал роман, посвящённый тому, кого не мог забыть, — Путину. В романе Путин страшно боится выборов 2008 года, поэтому занимается всяческими кознями, например подсылает к Березовскому заражённую ВИЧ даму лёгкого поведения. Однако абсолютно все хитрые планы ВВП проваливаются. Чеченцы захватывают атомную станцию, Путин просит помощи у Буша, а в итоге лимоновцы захватывают Кремль.
Известный депутат от ЛДПР Алексей Митрофанов на заседании Госдумы призвал роман Доренко передать соответствующим органам, поскольку в нём содержится сценарий государственного переворота. Что это было? Пиар?
Впрочем, пиар не сработал — роман по сути остался незамеченным, в отличие, скажем, от книг Пелевина и Сорокина. Странно, что, рисуя такого Путина в романе, Доренко относился к нему с пиететом.
«Он абсолютно верил в Путина, — утверждал Венедиктов. — Мы с ним по этому поводу ругались. Я говорю: „Ну послушай, человек из службы. Ты же знаешь. Ты же сам имел к ней отношение. Человек не может слушать твои свободы, наши свободы, наши с тобой журналистские…“ — „Ты не понимаешь. Я его знаю. Ты его не знаешь“». Ну и так далее.
Забавно Венедиктов передавал этот разговор. К какой службе имел Доренко отношение?
Любопытно, что Сергей числился в КПРФ с 2003 по 2012 год, откуда с проклятиями (в своём духе) вышел добровольно.
Ну а в феврале 2014 года Доренко стал главным редактором радиостанции «Говорит Москва» (владелец — миллиардер Михаил Гуцериев). Там он и проработал до конца жизни.
Первый Майдан Сергей сильно поддержал, обещая такой же в России.
«Рано или поздно мы сделаем так же в Москве, — выступал он на митинге. — Я хочу увидеть такой же народ на Красной площади. И я хочу увидеть такие же палатки в Охотном ряду. И в день, когда мы победим и посадим Путина в железную клетку, и провезём, чтоб показать его народу — одолжите нам Кучму, мы посадим его вместе с Путиным».
Потом его позиция кардинально поменялась — возвращение Крыма Доренко приветствовал. Впрочем, в 2019 году он уже горевал по поводу поддержки Западом Украины и пророчествовал, что Украина станет процветающей европейской державой, а Россия — скромной Московией на окраине Европы.
Был ли Доренко человеком‑«флюгером»? Конечно. И упивался принадлежностью к властителям дум — журналистам. Умение вызывать эмоции, делая это максимально провокационно, он отточил до совершенства. При этом свою аудиторию он презирал и высказывался крайне цинично:
«Люди — противоречивые, суетливые, грязные, визгливые гоминиды. Их удел — жрать и срать, больше ничего».
А главным человеком для него был Путин, независимо от того, выступал Доренко на его стороне или против. Естественно, важно было в принципе иметь отношение к власть имущим. Где‑то за год до смерти он признался:
«Россия устроена таким образом, что ты должен быть близок к субъекту власти. Народ тут, к сожалению, почти не субъектен, а элиты ничтожно малы. Я бы выбрал так же, как и большинство моих современников. Либо службу максимально близко к субъекту власти — президенту, либо пошёл бы на госслужбу и делал карьеру. В России субъект один — президент. Либо вы работаете на него и растёте, либо берём билет да поехали».
Доренко: «Я три года решался, был в столбняке, а потом начал женихаться»
Ещё в студенчестве Сергей познакомился со своей первой женой Мариной Федоренковой. В Анголу они улетели вместе. За годы брака родилось трое детей: Екатерина (1984), Ксения (1985) и Прохор (1999). Доренко, несмотря на то что увлекался женщинами, не был замечен в серьёзных романах. Поэтому новость, что он разводится после многолетнего брака, стала неожиданностью.
У него начались отношения с молодой журналисткой Юлией Силявиной, которую он взял на работу. Юлия — ровесница старшей дочери Доренко, приехала в Москву из Омска. Вскоре в редакции зашептались об их явном романе. Сергей предложил ей вместе вести утреннее шоу «Подъём» и в эфире часто восхищался её красотой и голосом.
«Мне кажется, в отношениях мужчины и женщины проблема главная заключается в том, что, чтобы быть вместе, она должна под тебя подлаживаться, — объяснял развод Доренко. — А после 40 жена перестаёт играть в лапочку, кисочку, милую кошечку. Происходит некое ощущение, что тебя стали меньше любить, и ты начинаешь горевать по этому поводу. Я три года решался, был в столбняке, а потом начал женихаться».
Юлия быстро забеременела, и тайное стало явным. Доренко говорил, что ушёл из семьи в январе 2010 года и всё оставил первой жене и детям: 4 квартиры в Минске, 2 квартиры в Москве, а также дома в Барвихе и на Николиной Горе. Впрочем, дочери были в шоке и с отцом долго не хотели общаться. Да и с бракоразводным процессом журналист не спешил — это якобы могло травмировать младшенького Прохора.
Сергей гордился тем, что у него такая молодая любовница, а себя считал завидным мужчиной.
«Я через десять лет всё ещё буду женишком, а она через десять лет станет на десять лет старше».
С Юлией он расписался официально, когда она родила ему даже не первую дочь Варвару (2010), а вторую — Веру (2011). Построил новый дом и приобрёл городскую квартиру в Доме на набережной.
Доренко был полон сил и молодился, несмотря на проблемы со здоровьем: аневризму аорты и гипертонию. Гонял на мотоцикле, сменил элегантные костюмы на байкерскую куртку, джинсы и бандану. Поэтому его неожиданная гибель стала шоком. 9 мая 2019 года Доренко проехал на мотоцикле более 700 километров — в Кострому и обратно. Заехав на дачу китаеведа Бронислава Виногродского, жаловался на повышенное давление — «мушек» перед глазами.
В таком состоянии до дома он не доехал. 59‑летний журналист не справился с управлением и, упав с мотоцикла, пролетел до отбойника встречной полосы. Скончался в больнице, не приходя в сознание.
За год до смерти Сергей Доренко дал интервью, в котором говорил, что собирается жить до 130 лет, не уступая дорогу молодым.
«В моей тени будут дети, мои внуки и даже правнуки. И только праправнуки увидят чистое небо. Мы всех трахнем. Вы спросите: „А почему вы, а не мы?“ Потому что мы разорили и захватили страну в 1991 году. Мы убили отцов, обокрали их и оболгали, а вы — нет. В этом уникальность нашего поколения. А вы ни хрена этого не сделали, и вам этого никто не даст сделать. Мы вам не дадим, потому что мы убийцы».
