К этой женщине можно относиться по-разному. Но равнодушной она не оставляет. Татьяна Егорова — актриса, чья жизнь стала легендой не благодаря ролям на сцене или в кино, а из-за одной-единственной главной роли, которую она сыграла в реальности. Роли «вечной невесты», хранительницы тайны и любви всей жизни Андрея Миронова.
Их история не про роман. Это была война за внимание, полная осады, капитуляций и редких перемирий, растянувшаяся на два десятилетия…
Татьяна Егорова практически никогда не рассказывала о своем детстве, учебе или театральной работе. Известно только, что она родилась и выросла в Москве в творческой семье. Бабушка-портниха одевала столичную элиту, родители были художниками.
Танюша частенько оставалась дома одна, но одинокой себя не чувствовала. Сначала увлеклась написанием стихов, потом записалась в драмкружок «Родник». Вместе с ней азам актерского мастерства учились будущие звезды: Сергей Шакуров и Валентин Смирнитский.
Однако скромной и тихой девочку было не назвать. Егорова была настоящей атаманшей, заводилой и предводительницей дворовой ребятни. Она первой затевала самые отчаянные игры, спускалась по опасным чердакам и всегда стояла за своих. Во дворе ее слушались безоговорочно, не из страха, а из уважения к бесстрашию и справедливости. Роль лидера, добытая в уличных стычках и походах, стала второй натурой Татьяны.
Она была еще подростком, когда родители развелись. Мать не скрывала новых отношений, все происходило на глазах у дочери. А незадолго до ее совершеннолетия официально вышла замуж и уехала к новому мужу. Танечка осталась одна в комнате арбатской коммуналки. С этих пор их контакты сошли на нет. Родительница перестала интересоваться жизнью ребенка.
На этом фоне более поздние признания Егоровой звучат с особой горечью. В интервью она как-то обмолвилась:
— Я всегда нравилась мужчинам. Мой характер многих привлекал. Предложений выйти замуж было немало. И серьезных. Но перед глазами стояли ухажеры матери, которые приходили и уходили. Я видела, как это бывает. И я дала себе слово, что моя история будет другой…
Казалось бы, поначалу все у нее складывалось как нельзя лучше. Диплом одного из лучших театральных училищ страны, двадцать три года службы в легендарном Театре Сатиры, десятки ролей в классическом и современном репертуаре, работа с выдающимися режиссерами… Она была не просто занята, она была востребована, труд Егоровой был оценен коллегами.
Но все эти годы, играя Катрин и Керубино, она вынашивала внутри себя монументальную, титаническую роль, для которой не было ни сценария, ни режиссера, ни антрактов.
И когда в 90-е наконец вынесла эту потаенную драму на всеобщее обозрение, опубликовав книгу «Андрей Миронов и я», то в одночасье из уважаемой актрисы превратилась в персонажа масштаба трагической героини XIX века. Публика, которая мало помнила ее Салли Хейс, теперь с жадностью зачитывалась историей об отношениях артистки с кумиром нации.
Их история началась в Риге в 1966-м. Ей, 22-летней выпускнице «Щуки», предложили заменить заболевшую актрису в спектакле «Над пропастью во ржи». И первая же репетиция с 25-летним Мироновым стала ударом молнии.
— Любовь с первого взгляда, мгновенная и всепоглощающая, — так Егорова называла это чувство, определившее всю ее дальнейшую судьбу.
У них завязались отношения, которые не были тайной для коллег. Мало того, Миронов даже собирался на ней жениться. Но на пути встала его мать Мария Владимировна, чье фанатичное обожание сына не оставляло места ни для одной невестки. Татьяна же с ее прямотой и дерзостью вызывала у той особое неприятие.
Эта отверженность закрепила за Егоровой роль «тайной жены», статус, который она носила с горькой гордостью. И если его официальные супруги — сначала Екатерина Градова, затем Лариса Голубкина — выстраивали фасад семейной жизни, то сама она стала убежищем. Местом, куда он бежал, чтобы перестать быть звездой.
— Он приходил ко мне, как побитая собака. Смывал грим и плакал, — писала она.
Она одна видела изнанку его славы: мучительный фурункулез, приступы депрессии, панический страх несоответствия ожиданиям той самой матери. И как могла, лечила его душевные и физические раны.
Свадьба Миронова с Градовой стала для Егоровой двойным ударом. Она случилась практически сразу после того, как Татьяна потеряла ребенка, которого Андрей, по ее словам, не хотел.
— Не прощу никогда! — писала она об этом в мемуарах.
А в день самой регистрации произошел абсурдный и болезненный для нее эпизод. Перед тем, как отправиться в ЗАГС, Андрей позвонил Татьяне.
— Танечка! Я в ЗАГС не пойду! Я не хочу! Я к тебе сейчас приеду!- кричал он в панике.
— Нет! Иди… Пойми, что это такое,- холодно ответила она и положила трубку.
Союз с Градовой счастливым не был. Обстановку вокруг него отравляли даже не просто бытовые ссоры, а мрачные слухи, которые упорно циркулировали в театральных кругах. Местные кумушки шептались, будто Градова в ходе конфликтов могла угрожать мужу оглаской его антисоветских высказываний.
Второй брак Миронова, по словам Егоровой, и вовсе был жестом отчаяния и мести. Якобы тогда она тяжело заболела и сбежала, не выдержав его постоянных гулянок. Андрей метался, искал Таню по всей Москве. А когда спустя несколько дней она появилась в театре, влетел в ее гримерку:
— Мне нужны ключи от твоей квартиры. Сейчас же, — с ходу бросил он, даже не поздоровавшись.
— Зачем они тебе? — продолжая снимать тушь с ресниц, спокойно спросила Таня. — Там я живу теперь одна.
Наступила тишина. Он молчал так долго, что она, наконец, повернулась к нему. Его лицо изменилось. Ярость куда-то ушла, оставив в глазах только пустоту и растерянность, как у ребенка, потерявшего единственную игрушку.
— Значит, это конец? — выдохнул Андрей, и голос его внезапно сорвался. — Вот так… просто?
— Да. Так просто, — сказала Татьяна без колебаний. — Я устала быть твоим санитаром, Андрюша.
Миронов еще помолчал некоторое время, а потом развернулся и вышел, тихонечко прикрыв за собой дверь.
Именно тогда, как утверждает Татьяна, Андрей решил ей отомстить. А молодая, красивая и уже знаменитая Лариса Голубкина стала для этого идеальным орудием.
*
Существует легенда, что Миронов умер на руках у Егоровой. Во время спектакля «Безумный день, или Женитьба Фигаро» в Риге ему стало плохо, а рядом была любимая женщина. Но так ли это?
Тогда актер шагнул на сцене и рухнул. Публика решила, что это часть действа, и только Татьяна, находившаяся за кулисами, бросилась к нему.
— Я держала его голову, пока не приехала скорая. Он пытался что-то сказать, но уже не мог, — вспоминала она.
Однако существует и более приземленная хроника событий. По свидетельствам других участников той роковой сцены, первым к упавшему актеру бросился его друг и коллега Александр Ширвиндт. Именно он поддерживал его до приезда врачей, а затем два дня не отходил от больничной койки.
Эта разница в деталях — не просто спор о фактах. Она отражает глубинную суть мифа, который Егорова строила всю жизнь. В ее картине мира Миронов должен был умереть именно на ее руках. Это был необходимый финал их саги, последнее доказательство исключительности их связи, ее права на роль главной женщины.
Только вот семья Миронова не могла принять любовницу и запретила той даже появляться на похоронах. Для всех она должна была быть просто коллегой по театру.
Выход книги «Андрей Миронов и я» стал для Татьяны Николаевны точкой невозврата. Театр Сатиры, ее дом на 23 года превратился в поле боя. Коллеги, узнавшие себя в нелицеприятных и порою жестоких зарисовках, устроили ей настоящую публичную казнь.
Актрисе пришлось уйти из театра. А сама книга о Миронове пережила несколько переизданий.
— Я написала всю правду… Кате досталась дочь, Ларисе, человеку безумного тщеславия, достались приемы, встречи со знаменитыми людьми, а мне — любовь,- говорила Егорова.
А еще в 56 лет она впервые вышла замуж. И этот брак с предпринимателем Сергеем Шелеховым, который многие считали неожиданным и странным, длился целых четырнадцать лет, до самой смерти мужа в 2014 году.
А летом 2025 года не стало и ее…
