— Я не знала, что у бриллиантов бывает тень, — напишет в своих воспоминаниях Светлана Хоркина много лет спустя.
В этом простом предложении уместилась вся тяжесть ее семилетней тайны. Читатель, давай перенесемся на двадцать лет назад, в начало двухтысячных. Москва того времени пахла большими деньгами и дешевым парфюмом ночных клубов, а за фасадами глянцевых журналов скрывались истории, которые нельзя было рассказывать вслух.
Муж Веры Глаголевой
Он был воплощением успеха. Русский Онассис, миллиардер Кирилл Шубский, статный, с тяжелым взглядом успешного человека, муж Веры Глаголевой — той самой хрупкой, неземной актрисы, которую любила вся страна.
Вера была его «настоящей целью», как он сам когда-то признавался друзьям. Он долго добивался этой тонкой, интеллигентной женщины. Их брак казался эталоном: большая разница в возрасте, красивая дочь Настя (будущая жена хоккеиста Александра Овечкина), огромный дом, безупречная репутация. Но идеальные декорации всегда требуют самых громких жертв.
Королева брусьев
Она была королевой брусьев. Двукратная олимпийская чемпионка Светлана Хоркина, девушка-«высотка» из Белгорода, которой в детстве отказывали в секции из-за слишком высокого роста. Она привыкла ломать систему своим телом, взлетая над снарядами вопреки законам физики.
В 1997 году в швейцарской Лозанне, во время ужина делегации Олимпийского комитета, подруга Юлия Бордовских буквально втолкнула Светлану за столик к влиятельным мужчинам. Там сидел Кирилл.
— Какая Вы высокая, — усмехнулся тогда бизнесмен, глядя на гимнастку снизу вверх.
— Зато вам придется тянуться, чтобы достать до моего уровня, — дерзко ответила она, поправляя каштановые волосы.
…Это была игра равных. Почти восемь лет их роман оставался абсолютным секретом. Они встречались и предавались греху в закрытых на спецобслуживание кабинетах дорогих ресторанов, он прилетал к ней на турниры под видом спонсора сборной. Дисциплина, воспитанная годами тренировок, помогала ей лгать всему миру с ослепительной улыбкой.
Тайные роды в Америке
Трагедия началась зимой 2004 года. Светлана поняла, что беременна. Для любой другой женщины это стало бы чудом, для нее — началом конца иллюзий.
— Ты понимаешь, о чем просишь? — голос Кирилла в телефонной трубке звучал глухо, без привычной бархатистости. — Моя семья сейчас переживает сложный период. Вера ничего не должна узнать от посторонних. Рожать будешь тайно. И там, где тебя никто не найдет. Билеты в Лос-Анджелес я пришлю.
Их сын Святослав появился на свет 21 июля 2005 года в одной из частных клиник Калифорнии. В документах стояла чужая фамилия. Отцом Святослава для прессы и в целях конспирации был записан голливудский актер с грузинскими корнями Леван Учанейшвили. Получивший за то кругленькую сумма.
Автору этих строк кажется чудовищным тот факт, что первое, что увидел новорожденный мальчик — это стерильный белый потолок американской больницы и испуганные глаза матери, которая боялась произнести имя отца даже шепотом. Сам Кирилл, по воспоминаниям Хоркиной, не обрадовался новости. Он просил тишины. А тишина в таких историях всегда означает только одно — забвение.
Светлана ждала. Гимнастки умеют ждать своего выхода помногу часов. Но в жизни счет идет на месяцы. Вскоре миллиардер просто перестал отвечать на звонки. Позже, уже написав свою книгу «Магия побед», Хоркина признается читателю со страниц бумаги:
— Я никогда его не любила. Это чувство мне было навязано его властью, моим одиночеством и его бесконечным вниманием. Когда исчезает внимание, исчезает всё.
А что же Вера Глаголева?
Эта великая женщина давно знала об изменах мужа. Говорят, первые слухи доходили до нее еще в девяностые. Но этот раз стал другим. По некоторым свидетельствам, именно известие о внебрачном ребенке заставило актрису впервые всерьез заговорить о разводе и даже подать документы в суд.
Однако она так и не сделала последний шаг. Вера забрала заявление. Почему? Из-за невероятного благородства или ради дочери Насти? Мы не узнаем. Она предпочла сохранить видимость семьи, приняв правила жестокой игры.
Многие биографы считают, что именно этот постоянный, выжигавший душу стресс мог стать катализатором страшной болезни, которая забрала ее жизнь в 2017 году. Она молчала, пока лечилась, снимала кино и выдавала замуж младшую дочь. Ее молчание было оглушительным.
Скандал взорвался позже, когда скрыть родство стало невозможно. Мальчик рос точной копией отца. Шубскому пришлось признать сына официально, хотя публичных комментариев он избегает до сих пор. На семью обрушился шквал нападок желтой прессы.
Вера закрылась в своем доме в Швейцарии, делая вид, что газетных полос не существует. Она относилась к мальчику… никак. Публично Святослав для нее не существовал, ведь признание его означало бы публичное признание краха ее брака. Но те, кто был близок к семье, знали, что глубоко внутри актриса тяжело переживала эту несправедливость, направляя всю свою нерастраченную любовь на дочерей…
Вера даже настояла, чтоб Святославу дали фамилию реального отца — Шубский. Кирилл остался в семье. Он заботливо держал Веру за руку, когда врачи поставили ей страшный диагноз, оплачивал клиники, играл роль скорбящего вдовца после ее ухода. Его бизнес-империя требовала сохранения лица…
В 2019 году Кирилл Шубский установил на могиле Веры Глаголевой на Троекуровском кладбище масштабный мемориал стоимостью около 12 миллионов рублей. Комплекс представляет собой белоснежную ажурную беседку с металлическим креслом, на котором лежит забытая шаль, и раскрытой книгой со стихами отца актрисы.
Этот роскошный архитектурный ансамбль стал попыткой вдовца вымолить прощение у покойной за измены и загладить чувство вины перед ней. Здесь он проводит многие часы, будто бы разговаривая с Верой…
Где сейчас его сын?
Святославу Кирилловичу Шубскому сейчас за двадцать лет. Время оказалось самым честным судьей в этой истории. Мальчик живет в Москве. И вырос удивительно похожим на молодого папу Кирилла — такой же высокий, широкоплечий, с темными внимательными глазами. Иудейской религии отца не принял, предпочел христианство.
С самого детства он пробовал себя в разных видах спорта, пытаясь нащупать отцовскую жилку через физические нагрузки. Мать пыталась привить ему любовь к спортивной гимнастике, отдавала в плавание, но душа парня лежала к баскетболу. Сейчас он профессионально занимается этим динамичным спортом. Также известно, что у него есть коричневый пояс по тхэквондо.
Светлана Хоркина нашла свое счастье далеко от мира большого бизнеса. Спустя несколько лет после разрыва с Шубским она вышла замуж за генерала ФСБ Олега Кочнова, который старше ее на 23 года. В 2019 году, когда Святославу было уже четырнадцать, она родила второго сына — Ивана. У мальчика теперь есть полноценная семья и младший брат.
Кирилл Шубский признал юношу наследником, обеспечивает его будущее, между ними установлены формальные отношения отца и взрослого сына, но они практически не появляются вместе на публике.
Ныне уже 21-летний Святослав живет своей жизнью, учится, играет в баскетбол и сознательно дистанцируется от медийности, которая едва не разрушила его детство. Он называет мамой Светлану и уважает отчима-генерала. Фамилия Шубский открывает перед ним любые двери, но он пользуется ею крайне редко.
