За несколько месяцев до своего 55-летия Александр Хочинский сыграл роль человека, стоящего на пороге переосмысления жизни в фильме «Когда мне будет 54 года». Спустя считанные месяцы он сам переступил роковую черту. Актер ушел на пике творческой зрелости, так и не дождавшись, возможно, того всеобщего признания, которого заслуживал его редкий талант.
Артист Хочинский обладал уникальными данными: голосом, завораживавшим зал, мягким, чуть грустным взглядом, казалось, видевшим глубже других. Но главным его качеством была внутренняя свобода.
Именно она, по мнению многих, помешала ему стать «главной звездой» в привычном, советском понимании. Он был слишком утонченным, слишком аристократично красивым, слишком настоящим для жестких рамок системы.
Родился Александр в театральной семье Ленинграда. Отец, эстрадный певец, рано ушел от рака. Мальчика растили сильные женщины: бабушка, взрастившая в нем интеллигента, и мать – ведущая актриса легендарного Ленинградского ТЮЗа. Именно там юный Саша впервые вышел на сцену.
Жизнь преподносила жестокие уроки. Первая любовь, клоунесса Ирина, изменила ему, пока он служил в армии. Восемнадцатилетний парень узнал горечь предательства слишком рано – и поседел за одну ночь.
Армейская служба открыла в нем барда. Став завхудом самодеятельности, он нашел себя в песне и гитаре.
Затем – ЛГИТМиК (ныне РГИСИ), сцена ТЮЗа, первые пробы в кино. Настоящий прорыв случился после «Бумбараша», где он не только блестяще сыграл Лёвку Демченко, но и спел знаменитую песню «Журавль по небу летит…».
Эта песня надолго стала его визитной карточкой, но больших ролей в кино почему-то не последовало.
Он не был «типажным» советским актером – слишком легкий, ироничный, без агрессии. После краткого брака с художницей Мариной Азизян судьба свела его с Антониной Шурановой.
Они знали друг друга с юности. Они жили счастливо, но скромно, в коммуналке на Васильевском острове. Оба не верили, что после 40 можно обрести такое глубокое чувство.
Он называл ее «Тоня», она смотрела на него с обожанием и преданностью.
Театр оставался их пристанищем. После ухода из ТЮЗа с любимым режиссером Зиновием Корогодским, их жизнь превратилась в череду подработок, гастролей и творческих вечеров.
Суровые 90-е затронули всех. Узнаваемый, харизматичный Хочинский с огромным кругом знакомств добывал пропитание как мог – улыбался, шутил, пел. Но здоровье было подорвано.
Врачи предупреждали: «увеличенное сердце», перенесенные инфаркты, годы курения, алкоголь.
Он пытался бороться – бросил курить. Но отказать друзьям в рюмке не умел.
Снимался редко, но каждый раз – метко и глубоко («Пустыня», «Генерал», «Странные мужчины Семёновой Екатерины»).
И вот та самая роль в «Когда мне будет 54 года».
30 августа 1998 года. Собирались на репетицию. «Мне что-то не дышится… Ты поезжай», – сказал он Тоне.
Она не поехала. Вызвала «скорую». Но было уже поздно. Александру Хочинскому было 54 года.
Через пять лет за ним ушла и Антонина Шуранова. Говорили, свет в ее глазах погас навсегда в тот день, когда не стало Саши.
Как сказал о нем актер и друг Виктор Фёдоров: «Он был слишком искренним, чтобы быть звездой. Но именно за это его и запомнили».
