— Можно? — не дожидаясь ответа, в прихожую шагнул Иосиф, за ним смущенный Роберт Рождественский.
Не снимая пальто и не разуваясь, они прошли в комнату, бегло осмотрели ее, заглянули на кухню, в санузел, в кладовку. Визит длился не больше трех минут.
— Иосиф, что это было? — не удержалась Таня, когда те собирались уходить.
— Так, ничего… Проведали, — уклончиво бросил он, и они удалились, оставив ее в полном недоумении…
*
Татьяна Бестаева так и не стала звездой экрана в полном понимании этого слова. Однако навсегда вписала себя в историю советского кино одной-единственной, но невероятной ролью.
Ее Палагна из поэтичного шедевра Сергея Параджанова «Тени забытых предков» живое воплощение обреченной любви и народной легенды. Режиссер сумел разглядеть в актрисе то, что оставалось скрыто от других: почти мистическую красоту и глубокую трагическую душу.
Красота Бестаевой завораживала, сводила с ума, казалась явлением из иного мира. Говорили, сам Жерар Депардье делал ей предложение руки и сердца, а Иосиф Кобзон мечтал видеть своей женой.
В Театре имени Моссовета, куда актриса пришла сразу после окончания ВГИКа, ее появление в коридорах вызывало тихий ажиотаж: мужчины-коллеги буквально теряли дар речи, замирая, словно перед внезапным чудом…
Будущая актриса появилась на свет на Кавказе в 1937 году в творческой семье. Ее отец, Ладо Бестаев, был известным грузинским и осетинским актером эпохи немого кино. В Москву Таня переехала тринадцатилетней почти сразу после развода родителей.
Жизнь в новой семье матери, вышедшей замуж повторно, далась девочке тяжело. Она тосковала по отцу, оставшемуся в Осетии. В знак протеста даже отказалась посещать школу. слоняясь вместо уроков по московским улицам.
Только ближе к выпускному классу что-то внутри нее переключилось. Возможно, сказалась простая усталость от бесцельного бунта. К тому же именно в это время в Танюше проснулась мечта о сцене.
В 1958 году Бестаева без особого труда поступила во ВГИК на курс Бориса Бибикова, где ее однокурсниками стали будущие звезды Леонид Куравлев и Светлана Дружинина. Педагог сразу выделил новую студентку и на одном из первых показов, обращаясь к коллегам, сказал:
— Взгляните на Бестаеву. Это же чистая стихия! В ней нет ни грамма расчета, только правда. «Святая непосредственность» в чистом виде…
Способности юной актрисы отмечали не только во ВГИКе. На один из студенческих спектаклей как-то заглянул приглашенный режиссер. А после подошел к Бибикову:
— Борис Владимирович, откуда у вас такая находка? Девушка с лицом Мадонны и огнем внутри… Редчайшее сочетание.
— Природа щедра, — улыбнулся мастер. — Наше дело этот огонь не загасить, а направить.
Сниматься Бестаева начала еще студенткой, хотя это было строго-настрого запрещено правилами. Ради главной роли в фильме «Матрос с «Кометы»» ей даже пришлось взять академический отпуск. После съемок она вернулась в институт и к получению диплома успела пополнить свое портфолио еще несколькими картинами.
Фильмография актрисы насчитывает около сорока фильмов. Но истинным призванием для нее на всю жизнь стала сцена Театра имени Моссовета. Попав в труппу сразу после выпуска, она практически мгновенно превратилась в фаворитку легендарного режиссера Юрия Завадского. Пусть восхождение и не было таким уж безоблачным.
Мужская часть труппы, впервые увидев юную артистку, была буквально очарована ее красотой и удивительной для того времени внутренней свободой. Женщины-коллеги же встретили настороженно и стали за ее спиной плодить самые невероятные слухи.
На одной из репетиций, когда обсуждение предстоящей премьеры зашло в тупик из-за споров о распределении ролей, прима театра Вера Марецкая, не выдержав, резко обратилась к Завадскому:
— Юра, ты действительно считаешь, что эта… дебютантка справится с классикой? У нее за душой ничего, кроме красивых глаз… Она же ломает весь ансамбль!
На что Завадский, привыкший к ревнивым вспышкам своей пассии, твердо ответил:
— Вера Петровна, в театре нужны не только проверенные мастера, но и свежее дыхание. В Татьяне есть нерв, который нам всем сейчас необходим.
Но Марецкая не унималась. Говорили, что позже, в узком кругу, прима прямо потребовала от бывшего мужа немедленно убрать «самозванку» из спектакля.
На что Завадский, как вспоминали очевидцы, лишь вздохнул:
— Я не буду ее убирать. Я собираюсь дать ей шанс.
Не отставала от коллеги и Любовь Орлова. Делая молодой актрисе замечания, неизменно называя ту «деточкой». Правда, зачастую ласковый эпитет не мог скрыть критического подтекста ее советов.
И только Фаина Раневская держала себя в руках. Ходили слухи, что однажды, застав Татьяну в слезах, актриса бросила с характерной для себя отстраненной иронией:
— Не вытирайте слезы, милочка, берегите влагу. В этой пустыне вам еще доооолго находиться, -прошептала она почти беззвучно, а затем, отступив на шаг, добавила уже громче: — Не обращайте внимания на шепот в гримерных. Шепчут обычно те, кому нечего сказать со сцены.
Впрочем, несмотря на частые слезы от обиды, Татьяна каждый раз находила силы преодолеть отчаяние. Она проходила через испытания с гордо поднятой головой, понимая одну простую истину: несмотря на интриги и жесткость, ей посчастливилось попасть в самую что ни на есть настоящую школу.
В 60-е годы Бестаеву называли одной из самых красивых и стильных актрис того времени. Она вела яркую светскую жизнь, щеголяла модными нарядами и никогда не оставалась без внимания поклонников.
Еще на первом курсе сердцем студенки завладел начинающий режиссер Юрий Чулюкин. Молодые люди строили планы, обсуждали свадьбу, пока Танюша не забеременела.
— Юрочка, у нас будет ребенок, — сообщила она, ожидая радости в глазах любимого.
Но реакция оказалась иной. По ее собственным воспоминаниям, Чулюкин, испугавшись ответственности, еле слышно выдавил:
— Таня, ты понимаешь, что сейчас это… невозможно? Ни карьеры, ни жилья… Прерви беременность. Пожалуйста.
Она выполнила просьбу Юрия, а вскоре узнала, что тот женился на ее же близкой подружке Наталии Кустинской.
Этот болезненный опыт навсегда изменил отношение Татьяны к женской дружбе. Она либо соперничала с подругами, либо отстранялась, словно выстраивая стену между собой и миром, полным соблазнов и предательств.
Одним из немногих исключений долгое время была Людмила Гурченко. Но и эта дружба закончилась, как только между актрисами встала фигура Иосифа Кобзона.
В своих воспоминаниях Кобзон описывал ту историю, представляя почти как классическую драму предательства. Он рассказывал, как Людмила, уезжая на съемки, попросила подругу присмотреть за дочерью Машей, а та, воспользовавшись моментом, «закрутила с ним роман».
— Мы с Таней поехали в Рузу, в Дом композиторов, встречать Новый год, — рассказывал он в интервью. — Машку отправили к родителям, а сами уехали. Когда Люся вернулась, друзья ей все и рассказали.
Однако, по словам самой Бестаевой, в этих воспоминаниях была ключевая хронологическая неточность, которая меняла весь смысл истории.
— Его подводит память, — комментировала она. — В Рузу мы действительно ездили, это правда. Но мой роман с Иосифом начался в 70-м, когда их брак был уже официально расторгнут. К тому моменту, когда между мной и Кобзоном что-то возникло, мы с Люсей не общались уже несколько лет.
Как бы там ни было, чувства между двумя творческими личностями были искренними. Кобзон не скрывал своего восхищения:
— Бестаева была безумно красивая, с атласной кожей,- обмолвился он как-то в одном из своих интервью.
К тому времени она уже вошла в историю как Палагна из «Теней забытых предков». Его карьера тоже стремительно набирала обороты. Их отношения развивались легко и романтично, но будущего у них не было.
Однажды ранним утром в квартиру Бестаевой позвонили. Не успев толком проснуться, она накинула халат и открыла дверь.
— Можно? — не дожидаясь ответа, в прихожую шагнул Иосиф, за ним смущенный Роберт Рождественский.
Не снимая пальто и не разуваясь, они прошли в комнату, бегло осмотрели ее, заглянули на кухню, в санузел, в кладовку. Визит длился не больше трех минут.
— Иосиф, что это было? — не удержалась Таня, когда те собирались уходить.
— Так, ничего… Проведали, — уклончиво бросил он, и они удалились, оставив ее в полном недоумении.
Позже Кобзон пригласил Таню к себе домой, познакомил с матерью и сестрой. Прием был внешне радушным, но актриса чувствовала: Ида Исаевна восприняла ее как очередное мимолетное увлечение сына.
А тут и сам Иосиф подлил масла в огонь:
— Знаешь, я вижу себя в большом доме, полном детей, — сказал он как-то мечтательно.
— А я вижу себя на сцене и на экране,- тихо ответила она.
Тот откровенный разговор стал их окончательным прощанием…
