«Студенты шептались: «Повезло же Наташке!» Загадочный аристократ курса, Игорь Васильев, женился на простой провинциалке Наталье Рашевской. Вместо свадьбы в высшем свете — скромная роспись, и в подарок от отца-архитектора — квартира в центре Москвы. Казалось, билет в счастливую жизнь был у нее в руках.
Но за фасадом блестящей карьеры и идеальной биографии скрывалась иная правда. Васильев, изящный и безупречный, с первых дней выделялся среди однокурсников.
«Ему не нужны были уроки эстетики, — вспоминала коллега. — Он и так знал, какой вилкой едят омаров». Эта врожденная утонченность, однако, стала и его проклятием — режиссеры видели в нем лишь красивую оболочку для ролей «смазливых молодцев».
Личная жизнь артиста напоминала спектакль. Первый брак с Рашевской, окутанный сплетнями о «большой удаче», рухнул всего через два года. Причина — общая, тщательно скрываемая беда пары: алкогольная зависимость.
«Красота Наташи бросалась в глаза. Несомненно, он её любил. Но мало кто знал, что он тоже сильно пил», — свидетельствует актриса Татьяна Бронзова.
После развода Васильев, терзаемый чувством вины, оставил жене комнату в коммуналке, где их соседи стали свидетелями медленного разрушения: «Ор, шатание нетрезвых по коридору… Это был кошмар».
Последующие отношения лишь усугубляли кризис. Бурный роман со светской львицей Зинаидой Поповой разбился о нежелание менять богемную жизнь на семейный быт.
«Я — балованная девочка, а Игорь — балованный мальчик. Вот и не вышло», — откровенничала она подруге.
Казалось, спасение он нашел в браке с коллегой Ириной Мирошниченко. Но и этот союз оказался миражом.
«С ним очень тяжело жить. Он напивается, загуливает», — жаловалась актриса. Кульминацией стал аборт, сделанный Мирошниченко, который разрушил последнюю мечту Васильева о наследнике.
«Для Игоря испытывать чувство это было нормально. Он любил. А Ирина Петровна любила в жизни только себя», — резюмирует киновед Ирина Павлова.
Третий, тихий брак с женщиной-врачом так и не принес ему главного — ребенка. А в театре за его подтянутой внешностью и безупречными манерами скрывалась пустота.
«Он был просто очень красивый, но Гарик», — с сожалением констатировали коллеги.
Его уход в декабре 2007 года от сердечного приступа стал тихой точкой в жизни, где блестящее начало обернулось многолетней внутренней борьбой. Он так и остался для всех «золотым мальчиком» со сцены, чья настоящая драма так и не была сыграна до конца.
