В нашем сегодняшнем материале три истории любви знаменитых пар, которые не расставались. У каждой свой путь, свои потери и свое счастье… Их объединяет одно: они держались друг за друга вопреки всему.
РОДИОН ЩЕДРИН И МАЙЯ ПЛИСЕЦКАЯ
Когда Родион Щедрин и Майя Плисецкая встретились, разница в их положении была колоссальной. 22-летний выпускник консерватории, автор своего Первого концерта для фортепиано с оркестром еще только подавал надежды. А 29-летняя балерина уже блистала на сцене Большого театра.
Их первое знакомство произошло в доме Лили Брик. Та, будучи гением светского общения, решила познакомить молодого композитора с записью голоса Плисецкой. На старой магнитофонной пленке Майя напевала мелодии из прокофьевской «Золушки». Щедрин остался под впечатлением от ее музыкальности.
Сама встреча случилась чуть позже, так же в квартире Брик на Кутузовском. Но сам роман вспыхнул только через три года, когда Щедрин оказался на премьере балета «Спартак», где Плисецкая исполняла партию роковой Эгины.
Он тут же напросился на репетицию, где Майя позволяла себе разминаться в облегающем черном купальнике-эластик. Ее невероятно хрупкая фигура и пластика поразила Родиона в самое сердце.
Через три месяца они уже отправились в ЗАГС. Работница, оформлявшая их документы, была так тронута видом счастливых молодоженов, что вместо казенной фразы пожелала им «состариться на одной подушке». Никто тогда даже не догадывался, насколько пророческими окажутся эти слова.
— Мы обрадовались появлению в нашем доме Щедрина. Приняли его как третьего брата. Ему удалось невозможное — укротить стихию по имени Майя, — вспоминал позже младший брат балерины Азарий.
Щедрин действительно с удивительной твердостью взял в руки «вожжи» ее неконтролируемого характера. При этом, укротив стихию в быту, дал жене и абсолютную свободу в творчестве.
До замужества Майя при всей своей гениальности, была для советских чиновников фигурой неблагонадежной. Танцовщицу не выпускали за границу на гастроли. Но статус жены уважаемого композитора и лауреата премий открыл перед ней мир. Она стала не просто выездной, но и мировой легендой. А он обрел в лице жены музу, соавтора и смысл жизни.
Щедрин не дарил жене роскошных драгоценностей. Как она сама шутила, его подарки были лучше: за 25 лет он написал для нее пять балетов, и каждый из них становился событием.
Легендарная «Кармен-сюита», переосмыслившая музыку Бизе, была создана всего за 20 дней. «Анна Каренина», «Чайка», «Дама с собачкой»… Гениальный композитор виртуозно переносил русскую литературную классику в балетный формат, создавая роскошные бенефисы для центральной героини.
Их брак называли безоблачным, но была в нем одна тема, которую долгие годы обсуждали шепотом, — отсутствие детей. Плисецкая откровенно признавалась: она боялась потерять форму, боялась, что после долгого отпуска про нее забудут. Сцена была ее главной любовью, и она выбрала служение ей.
Майи Плисецкой не стало на 90-м году жизни, в 2015-м. Родион Константинович остался хранителем ее памяти. Он присутствовал на открытии памятников, передал их московскую квартиру в дар музею Бахрушина, чтобы дух того места, где они прожили тридцать лет, не исчез, а стал частью истории.
Но самый трогательный секрет раскрылся еще позже. Оказывается, их последняя воля гласила: тела кремировать, прах смешать и развеять над Россией. Чтобы их больше никогда не разделяли ни границы, ни время.
В одном из последних интервью Щедрина спросили о трех заветных желаниях. Он улыбнулся и три раза повторил одну и ту же фразу:
— Я хотел бы быть вечно со своей женой.
И теперь он с ней.
*
*
АЛЕКСАНДРА ПАХМУТОВА И НИКОЛАЙ ДОБРОНРАВОВ
Они были не просто мужем и женой. Они были двумя половинками одного целого, которые умудрились прожить вместе почти семь десятилетий и оставить после себя не скорбь, а свет. И даже сейчас, когда Николая Добронравова нет рядом, Александра Пахмутова продолжает говорить «мы», потому что иначе просто не умеет.
В 1956 году молодую, но уже подающую надежды выпускницу консерватории Александру Пахмутову пригласили на Всесоюзное радио. Нужно было написать музыку для детской программы «Пионерская зорька» на стихи неизвестного ей поэта Николая Добронравова.
Пахмутова всегда была миниатюрной, всего 149 сантиметров. Добронравов, напротив, высокий, статный, с благородной осанкой выпускника Школы-студии МХАТ. Когда они встретились в студии, разница в росте бросалась в глаза. Но больше всего было заметно, как они смотрели друг на друга.
Через три месяца влюбленные расписались. Медовый месяц провели в Абхазии. И всю свою долгую жизнь потом вспоминали этот отпуск как самый счастливый.
Их творческий тандем был уникален тем, что они никогда не делили славу. Пахмутова писала музыку, Добронравов стихи.
Как-то супруги узнали, что Магомаев и Синявская поссорились, возможно, навсегда. И сели за работу. Так родилась невероятно красивая композиция «Ты — моя мелодия». Муслим, услышав ее, сразу понял: это про него и про Тамару. И про то, что расставаться им никак нельзя.
А спустя годы Добронравов признался, что, когда писал эти строки, думал вовсе не о них, а о своей Алечке. О том, что она его единственная мелодия, без которой он просто не сможет творить.
— Брак держится на взаимопонимании и уважении. И само собой, на огромной любви. Нужно уметь прощать друг друга абсолютно за все и лучше сразу. И уметь терпеть друг друга. Удивлять и удивляться. Главное, ребята, в этом вопросе сердцем не стареть,- сказал как-то в одном интервью Николай Николаевич.
Его не стало осенью 2023 года. В первые месяцы после похорон Александра Николаевна превратилась в затворницу. Друзья боялись за нее: как жить, когда уходит половина тебя? Но она нашла в себе силы вернуться. Уже через год, на свое 95-летие, композитор вышла на сцену Большого театра.
— С Николаем Николаевичем мы шли плечом к плечу, — сказала она тогда. — В жизни руководствовались знаменитой фразой Экзюпери «Любить — это значит смотреть не друг на друга в одном направлении». И сейчас все, что я делаю и говорю, это и от его имени тоже.
*
*
СВЕТЛАНА ДРУЖИНИНА И АНАТОЛИЙ МУКАСЕЙ
В конце 50-х семья Мукасей собралась у телевизора. В тот вечер показывали фильм «За витриной универмага». Едва на экране появилась молодая актриса Светлана Дружинина, мать семейства не смогла сдержать восхищения. Игра и красота артистки произвели на нее столь сильное впечатление, что она вслух выразила свой восторг.
Ее сын Анатолий, которому тогда едва исполнилось семнадцать, взглянул на экран и с полушутливой непосредственностью ответил:
— Хочешь, я на ней женюсь?
В ту минуту его слова прозвучали как мальчишеская бравада, на которую никто не обратил внимания. Да и мог ли кто предположить, что случайная фраза, брошенная перед телеэкраном, спустя годы обернется судьбой?
Окончив школу, Анатолий Мукасей поступил во ВГИК на операторский факультет. Там уже училась и Дружинина. Более того, она была дружна с его старшей сестрой Эллой. Молодые люди часто пересекались в институтских коридорах, но поначалу их отношения не выходили за рамки приятельских. Светлана, будучи старше на несколько лет, совсем не воспринимала юношу.
Около года Мукасей искал расположения будущей супруги и добился своего. Свадебное торжество состоялось в ресторане «Прага», что по тем временам было редкостью для студенческих пар. А после молодые отправились в свадебное путешествие на пароходе в Ялту.
Однако настоящий сюрприз ожидал Светлану после возвращения. Родители мужа, люди, связанные с внешней разведкой, вручили ей официальный документ. Из него следовало, что отныне невестка не имеет права выезжать за границу и разглашать сведения, касающиеся деятельности семьи. Но это ее не испугало.
У Дружининой было достаточно ролей, чтобы остаться в профессии актрисы до конца дней. Но ей становилось тесно в чужих образах. Решение уйти в режиссуру требовало смелости. Но куда большим риском было взяться за историческую сагу о гардемаринах.
Они работали вместе: она — режиссер, он — главный оператор. Их тандем был идеальным. Но съемки картины едва не стали последним проектом в их жизни. Сначала Светлана Сергеевна, решив прокатиться на лошади после дождя, упала и сильно повредила колено. А потом оказалось, что вся отснятая пленка оказалась бракованной.
— Вечером сидели с Толей вдвоем на кухне, пили водку и рыдали, — вспоминала Дружинина. — Что ж… И это испытание вынесли.
Их брак не был безоблачным. Дружинина честно признавалась: были моменты, когда они могли разойтись. И не раз. Поначалу семью спасали родители Анатолия. Чуть только возникали проблемы, они приезжал и устраивали разбор полетов: «В чем дело? Объясните! У вас проблемы?! Потом супруги и сами научились сглаживать острые углы.
Самым тяжелым испытанием стала для них гибель 28-летнего старшего сына, которого также назвали Анатолием. Он был художником и музыкантом, обладал непростым характером и остро переживал жизненные обстоятельства. Спустя годы ушла из жизни и его жена.
Внук Даниил остался на попечении бабушки и дедушки. Светлана Сергеевна сняла его в своем проекте «Тайны дворцовых переворотов», устроила в престижный колледж. Но подростковый бунт, помноженный на потерю близких людей, дал о себе знать. Даниил разругался с родственниками и исчез из их жизни на долгие годы. Позже правда пытался вернуться, говорил, что соскучился и хочет просто любящей семьи.
Сейчас они держатся за младшего сына Михаила, который продолжил династию и подарил им внуков. И друг за друга, конечно.
*
*
