Жизнь Людмилы Максаковой — это калейдоскоп из гениальных мужчин, роковых ошибок, предательств и жертв. Говорят, именно ее история легла в основу фильма «Вокзал для двоих».
Говорят, она разбила сердце Микаэлу Таривердиеву. И повздорила с Юлией Меньшовой. Но правда ли это?
Давайте разбираться.
Максакова появилась на свет в 1940 году, в семье легендарной оперной дивы Марии Максаковой.
Ее детство напоминало жизнь принцессы в золотой клетке, запертой в башне. Дом в Брюсовом переулке, где соседями были Козловский и Лепешинская. Французский язык с гувернанткой. Виолончель, которую маленькая Люда таскала в тряпичном чехле.
Но была одна деталь, которая отравляла это существование. Тайна отца.
По официальной версии, ее отцом был баритон Большого театра Александр Волков. Человек, чья судьба была сломана историческими событиями. С таким пятном карьеру не построишь.
Именно поэтому властная мать, Мария Петровна, сделала все, чтобы стереть имя отца из жизни дочери. Отчество «Васильевна» Люда получила в честь друга семьи, Василия Новикова, который прикрывал их своим влиянием.
Но в кулуарах шептались о другом. Злые языки (а может, и знающие люди) утверждали, что Людмила — внебрачная дочь самого Иосифа Сталина. Лишь спустя годы ДНК-тест (сделанный, к слову, по инициативе ее дочери) показал отсутствие грузинской крови. Но легенда жива до сих пор.
Это детство, полное тайн и запретов, закалило ее характер. Мать держала ее в ежовых рукавицах, одевала в нелепые платья с рюшами, чтобы скрыть красоту дочери, и заставляла заниматься музыкой до изнеможения.
— Я брала у мамы деньги в долг, чтобы стать самостоятельной, — признавалась позже актриса.
Она выросла вопреки всему. Сильной, жесткой, бескомпромиссной.
Богемный рай
Первая любовь накрыла ее волной, когда она уже блистала в «Щуке». Лев Збарский. Художник, график, денди, король московской богемы.
Он был невероятно обаятелен и так же невероятно ненадежен.
Их роман был похож на фейерверк. Они жили в огромной мастерской на Поварской, где собирался весь цвет интеллигенции. Там бывали Антониони и Белль, там велись споры об искусстве.
В 1970 году у пары родился сын Максим. Збарский дал мальчику свою фамилию, но до ЗАГСа дело так и не дошло. Быт в мастерской был невыносим: холодно, неуютно, ребенок на руках нянек, а Людмила разрывается между театром, кино и домом.
Вместо помощи она получала сцены ревности. Збарский был собственником.
Развязка наступила, когда художник решил эмигрировать. В 70-е годы уехать в США означало стать врагом народа.
Чтобы защитить сына от клейма, Максакова заявила, что ввела Збарского в заблуждение и он не является отцом ребенка. Она официально лишила сына отца, чтобы дать ему будущее в СССР. Максим получил фамилию матери.
Больше они не виделись.
Таривердиев: Кто сидел за рулем
Но самой громкой и противоречивой главой в жизни актрисы стал роман с Микаэлом Таривердиевым. Гениальный композитор, автор музыки к «Иронии судьбы», был влюблен в нее без памяти.
Их отношения начались странно. На втором свидании в санатории «Актер» Микаэл, будучи в затрапезном спортивном костюме, попытался, скажем так, форсировать события. Максакова, девушка гордая, устроила скандал на весь корпус.
Но он не сдался. Он ухаживал, добивался и добился.
Три года они были самой красивой парой Москвы. Пока не случился тот роковой вечер в мае 1967 года.
Они ехали на «Волге» композитора после вечеринки. Ночная Москва, скорость, эйфория.
Внезапно на Ленинградском проспекте под колеса выскочил человек. Удар.
Машина не остановилась сразу. Лишь когда их догнал другой водитель и начал кричать, они вернулись.
Таривердиев якобы решил сказать, что водителем был он. 2 года — цена, которую пришлось бы заплатить, но он попал под амнистию.
Однако до сих пор некоторые считают, что водителем была именно актриса.
Они расстались. Максакова пошла дальше, высоко подняв голову, а композитор остался со своей болью и испорченной репутацией. Была ли она виновата? Никто уже не узнает правду. Но тень той аварии преследовала актрису всю жизнь.
Муж-банкомат
Счастье (или, по крайней мере, стабильность) Людмила нашла там, где не ждала. Петер Игенбергс, немецкий бизнесмен, доктор физики.
Он увидел ее и пропал. Полтора года он обивал пороги, добиваясь ее руки.
Выйти замуж за иностранца из капстраны в 1974 году? Это был вызов системе.
Но Максакова рискнула.
И заплатила за это высокую цену.
Как только штамп в паспорте был поставлен, телефон замолчал. Режиссеры перестали приглашать ее в кино. Театр, конечно, остался, но холодок отчуждения чувствовался везде. Она стала невыездной. «Железный занавес» опустился перед ее носом с грохотом.
Зато в бытовом плане она попала в рай. Петер боготворил ее.
Именно в этот период, когда кинорежиссеры объявили ей бойкот, случился прорыв. Ян Фрид искал актрису на роль Розалинды в «Летучей мыши». Максакова, которая до этого отвергла роль в «Собаке на сене» (и кусала локти, видя успех Тереховой), согласилась мгновенно.
Это был триумф. Вся страна пела арии из оперетты, а Максакова в роскошных платьях стала иконой стиля.
Максакова жила так, как не снилось советским женщинам. Она ездила по Москве на шикарном спортивном «Понтиаке», вызывая жгучую зависть коллег.
Петер был ее банкоматом и самым преданным поклонником. Он не пропускал ни одного спектакля, всегда с охапкой роз.
Они прожили вместе больше 40 лет. До самой кончины мужа в 2018 году.
Ссора с Меньшовой
Эту программу «Наедине со всеми» до сих пор разбирают на цитаты студенты журфаков как пример того, что бывает, когда коса находит на камень. Битва двух характеров, двух поколений и двух взглядов на профессию закончилась полным фиаско для ведущей и триумфом для гостьи.
Юлия Меньшова, привыкшая «раскалывать» звезд на откровенность, явно не рассчитала свои силы. Она начала разговор с атаки, заявив: «Вы славитесь суровым характером, вас даже журналисты побаиваются». Видимо, расчет был на то, что Людмила Васильевна начнет оправдываться. Но не на ту напали.
Максакова пришла в студию говорить о высоком: о театре, о поэзии. Меньшова же, раз за разом пыталась свернуть на «клубничку» и личную жизнь.
— У нее словно пластинку заело, — откровенничала позже актриса. — Я смотрела на это и понимала: мы существуем в разных измерениях, никакого диалога не получится.
Когда лимит вежливости был исчерпан, Максакова пошла ва-банк. Она не стала устраивать базарную ссору или демонстративно покидать кадр. Она поступила как истинная прима — просто «выключила» собеседницу из эфира, перетянув все внимание на себя.
На растерянный вопрос Меньшовой: «Может, я вам тут вообще не нужна?», последовал ответ, достойный оваций. Людмила Васильевна с ледяным спокойствием обыграла название проекта:
— Решайте сами. Я прекрасно могу общаться с публикой напрямую. Вы же назвали передачу «Наедине со всеми», а не «наедине с ведущей».
Этот эфир стал последней каплей. С тех пор Максакова наложила строгое табу на участие в телевизионных судилищах, где принято копаться в чужом белье.
Сейчас, в 2026 году, Людмиле Максаковой 85 лет.
Она выходит на сцену Вахтанговского театра, и зал встает.
Она не делает пластических операций, чтобы омолодиться до неузнаваемости, но выглядит потрясающе благодаря породе и дисциплине.
Ее характер стал еще круче. Она может поставить на место журналиста одним взглядом. Она не дает интервью о личном.
Она прожила жизнь так, как хотела. Ошибалась? Да. Была жесткой? Безусловно.
Но Людмила Васильевна никогда не была равнодушной.
