— Ах ты бесстыжая! — громовой голос Нонны Викторовны раскатился по всей округе. — Глаза-то не отводи! Славка мой! И я никому его не отдам, слышишь?!
О «любовном треугольнике» каким-то образом прознала Мордюкова. И в один из дней заявилась на деревенскую площадку, где шли съемки…
Детство москвички Светланы Дружининой пришлось на военные годы. Отца Сергея Ивановича она почти не помнила. Вместо живых воспоминаний осталась лишь потускневшая фотография на комоде да тихая грусть в глазах матери Анны Даниловны, когда та перебирала его письма с фронта. Последнее из них пришло весной 43-го.
Вернувшись из эвакуации, семья столкнулась с новой бедой: их довоенную квартиру власти продали за несколько банок тушенки какому-то бывалому фронтовику. А их фамилию просто вычеркнули из домовой книги.
Оставшись без жилья, мать с дочерью скитались по промозглым осенним улицам, проводя дни в бесконечных очередях в жилконторах. Чиновники слушали их с рассеянным безразличием, отправляя из кабинета в кабинет или просто отказывая в помощи.
К счастью, мир не без добрых людей. Сердобольный сосед, когда-то живший этажом ниже, похлопотал, используя связи. И вскоре Дружинины получили ключи от крошечной комнатушки в старом бараке в Марьиной Роще. Стены пахли сыростью и дымом, зато была крыша над головой.
Анна Даниловна трудилась не покладая рук, шесть дней в неделю. Зато единственный выходной полностью посвящала дочери. А еще раз в месяц, откладывая скудные копейки, дарила ей чудо — поход в цирк.
И когда однажды девчушка, переполненная впечатлениями, объявила матери о намерении стать цирковой артисткой, та лишь мягко улыбнулась.
— Мам, смотри! — Света бережно развернула перед ней вырванный из газеты листок. — В саду Баумана открылся набор в цирковую школу. Учиться два года. Требования…, -она внимательно перечитала строчку, — чтобы были трусы и чистые ноги. Это же просто!
— Хорошо. Как только выпадет свободный день, съездим, посмотрим,- обещала мать.
В одиннадцать лет Светлана переступила порог акробатической школы. Упорство и природная грация быстро дали результаты. Уже через год ее включили в учебную труппу. Первые выходы на манеж с несложными номерами стали для подростка величайшим счастьем. Но когда встал вопрос о гастролях, Анна Даниловна оказалась непреклонна.
— Нет, и даже не проси.
— Но все едут! Я же уже почти артистка!
— Артистка? — покачала головой мать. — Ты можешь представить, что будет, если сорвешься? Шею, руки, спину сломать проще простого. А дальше что? С битым позвоночником по жизни пойдешь? И школу обычную кто за тебя заканчивать будет?
Споры ни к чему не привели. Так неожиданно быстро оборвалась цирковая карьера юной Дружининой.
Однако горевать долго не пришлось. Тем же летом, чтобы отвлечь дочь, Анна Даниловна отправила ее в пионерлагерь. Там Светлана познакомилась с Юлей — родственницей самой Ирмы Дункан, приемной дочери легендарной Айседоры. Девочка училась в балетной школе при Большом театре и казалась Светлане небожительницей: осанка, плавность движений, даже то, как она говорила о «плие» и «батманах», дышало утонченным миром.
Как-то раз после отбоя, укрывшись в тишине спального корпуса, Юля с видом посвященного мага открыла свой потертый чемоданчик.
— Хочешь примерить? — таинственно прошептала она, доставая нежно-розовые атласные пуанты.
Светочка, затаив дыхание, надела их на свои босые ноги. Они были жесткими и неудобными, но в тот миг девочка почувствовала себя невесомой пушинкой.
— Я тоже так смогу? — выдохнула она, поймав свое отражение в оконном стекле.
— Сможешь, если захочешь по-настоящему, — улыбнулась Юля.
Вернувшись в Москву, Света объявила матери, что непременно хочет стать балериной и будет поступать в хореографическое училище. Анна Даниловна, ошеломленная новой переменой, лишь развела руками:
— Ну что ж… Видно, этого человечка не переделать. Иди уж…
Дружинина прошла отбор и попала в самое сердце балетного мира — Хореографическое училище при Большом театре. Здесь, среди будущих звезд, она загорелась желанием доказать, что достойна стоять рядом с лучшими.
Поэтому дни напролет проводила у станка, доводя каждое движение до совершенства, стремясь не отстать от тех, кто занимался балетом с пеленок. Однако несколько выступлений закончились для нее серьезной травмой руки.
Училище она все же окончила, но понимала: путь примы-балерины для нее отныне закрыт…
Стать ведущей выпускного концерта в зале имени Чайковского (прямые эфиры тогда часто шли именно оттуда) ей предложили там же, в училище. Это был шанс остаться в мире искусства, но уже по другую сторону рампы. Красавица с выразительными глазами и четкой дикцией решилась: у микрофона, перед всей страной… Это ли не удача!?
Артистизм и обаяние Дружининой не ускользнули от зоркого глаза Самсона Самсонова. Режиссер предложил ей роль продавщицы Сонечки Божко в фильме «За витриной универмага». После чего девушка твердо решила учиться дальше и вскоре поступила на актерский факультет ВГИКа. Однокурсниками Светланы стали Софико Чиаурели, Татьяна Бестаева и Леонид Куравлев.
Но настоящих друзей она нашла в параллельной группе — на режиссерском курсе Александра Довженко. За стаканом компота в институтском буфете или в долгих спорах после просмотров учебных работ рождались совсем иные разговоры… Не о том, как сыграть, а о том, как все устроить. Именно там, в обществе будущих режиссеров, у Светланы созрел четкий план.
— Отработаю три обязательных года после актерского, — уверенно заявила она своим новым друзьям. — Наберусь опыта на площадке изнутри. А потом пойду учиться на режиссера. Играть интересно, но решать, каким будет целый мир картины… вот это настоящее дело.
Желание сменить актерскую гримерку на режиссерское кресло укрепилось после изматывающих съемок у Станислава Ростоцкого в картине «Дело было в Пенькове». Роль яркой и своенравной Ларисы режиссер отдал ей с первых же проб. А вот с поиском Матвея возникли трудности. Когда Ростоцкий нашел «своего» тракториста в лице Вячеслава Тихонова, худсовет долго сопротивлялся:
— Да он же аристократ! На тракториста не тянет!
Режиссеру пришлось проявить характер, чтобы отстоять кандидатуру Тихонова. Роль Тонечки досталась молодой Майе Менглет.
Работать с Вячеславом Светлане было легко. Он был образцом профессионализма: сдержанный, предсказуемый, надежный. Совсем другой характер был у Майи. Между двумя молодыми актрисами с первой же репетиции пробежала искра взаимного раздражения.
Менглет, увлекшись партнером по фильму, ревновала его к любой «юбке» на площадке. Дружинина не стала исключением. Их противостояние то и дело выливалось в колкие реплики и холодные взгляды.
— Света, ты не обращай внимания, — как-то устало сказал ей Вячеслав между дублями. — Она просто очень погружена в роль.
— Знаете, Вячеслав Васильевич, есть такая поговорка: «Заигрался — беду нашел». Надеюсь, это не аукнется всей группе,- усмехнулась та.
Как в воду глядела. О «любовном треугольнике» каким-то образом прознала Мордюкова. И в один из дней заявилась на деревенскую площадку, где шли съемки. Не разобравшись, разгневанная фурия накинулась на Светлану.
— Ах ты бесстыжая! — громовой голос Нонны Викторовны раскатился по всей округе. — Глаза-то не отводи! Славка мой! И я никому его не отдам, слышишь?!
Ошеломленная девушка не могла даже вымолвить слова. Потребовалось время и усилия всей группы, чтобы утихомирить разбушевавшуюся знаменитость. Когда же выяснилась досадная ошибка, Мордюковой пришлось искать Светлану, чтобы извиниться.
— Прости, девка, запалила сгоряча, — буркнула она. — Перепутала вас с этой чернявенькой. Майкой, что ли?!
Самая известная роль в карьере Дружининой — бойкая и обаятельная Анфиса из «Девчат». Однако и с этой работой у актрисы связаны далеко не самые радостные воспоминания…
